Все более и более спорная кандидатура…

Достаточно того, что Кипр или любой другой член ЕС применит право вето для того, чтобы блокировать окончательно вступление Турции в Евросоюз. Последние события в Европе подтверждают то, что по мере приближения вступления Турции колебания усиливаются, потому что европейские лидеры никогда в действительности не верили что вступление возможно. Легкость, с которой они поддержали проект вступления, объясняется тем, что они считали его невыполнимым. Это позволило им выглядеть положительно в глазах мусульман.
18-го июля 2005, уже можно было заметить изменение отношения Франции, Кипра, Греции и Австрии во время одного из последних заседаний министров иностранных дел Евросоюза в Брюсселе до начала переговоров о вступлении Турции. Внезапно эти четыре страны высказали озабоченность, что вынудило Великобританию, в качестве председателя Европейской комиссии организовать дополнительные заседания в конце августа 2005. 2-го августа, премьер министр Франции заявил: «Я не могу вообразить себе, что можно начать переговорный процесс со страной, которая не признала всех членов Европейского Союза». Четвертого августа, министр иностранных дел Франции, Филипп Дуст-Блази, посчитал неприемлемым «отказ Турции признать одного из членов ЕС наряду с ее стремлением вступить в Евросоюз». Если Австрию, Грецию и Кипр легко проигнорировать, с Францией приходится считаться. Политический тяжеловес и основатель ЕС, Франция, проголосовавшая против Европейской конституции, в состоянии помешать началу переговоров и даже со временем вступлению Турции в Европейский Союз. Однако, неизвестно хватит ли Парижу смелости продолжать до логического конца эту политику, если речь не идет о соперничестве между будущими кандидатами на президентские выборы Франции, Никола Саркози и Домиником де Вильпеном, которые выбрали вступление Турции как сюжет внутренней политики.
Во время европейской встречи в верхах 16-17 декабря 2005, была утверждена кандидатура Турции и была определена дата начала переговоров - 3 октября 2005. Кроме того, Брюссель установил драконовские условия Анкаре (31 глав европейских стандартов, полное соблюдение прав человека, Кипр, этнические и религиозные меньшинства). Была также предусмотрено, что процесс интеграции может быть остановлен в любой момент. После того как вся Европа увидела 6-го марта 2005 как турецкая полиция разгоняла с применением силы женщин активисток, собравшихся для празднования Международного женского праздника и как министр иностранных дел Турции Абдулла Гюль заявил, что «понимает полицию», представитель ЕС, Ханс Кретчмер и комиссар, ответственный за расширение ЕС, Оли Рен, признали, что Турция «не соблюдает график». За первые два месяца 2005, турецкая неправительственная организация Мазлум Дер насчитала 75 погибших от пыток. Турция насчитывает 6000 узников совести, в то время как новый уголовный кодекс Турции, в котором предусмотрено тюремное заключение критику «национальных интересов» (вывод турецких войск с территории Кипра, признание геноцида армян, сепаратизм и т.д.) и сужает свободу прессы. Однако, Анкара выступает против новых уступок, в частности она отказывается признать геноцид армян.
Часть военных и кемалистов не исключают отказаться от поддержки интеграционного процесса если демократические реформы, предписанные ЕС, изменят юридическую и конституционную систему Турции, угрожая существованию «Глубокого государства» (derin devlet). Анкара считает реформы «ловушками» и «дополнительными требованиями», выдуманные Брюсселем, чтобы блокировать интеграционный процесс. Правительство Турции относится с недоверием к настоящим намерениям европейцев, которые заподозрены в нечестной игре с Турцией, не желая ее вступления в ЕС.

Неевропейская страна

На самом деле вступление Турции вызывает колебания в отличие от вступления стран Восточной Европы, Кипра и Мальты потому, что впервые страна, чей европейский характер является спорным, заявила о своем желании вступить в Евросоюз. Эта проблема является центральной. Если вступление десяти новых членов в 2004 было естественным «воссоединением Европы», вступление Турции представляет собой «расширение» в сторону Востока и Азии, что представляет собой проявление империализма Европы с неутолимым территориальным аппетитом. Тем самым Европа отказывается установить точные границы, что является признаком империи.
Однако, Европа имеет границы, несмотря на то что ее восточный лимес (укрепленная военная граница), лишенный природных барьеров, постоянно изменялся, следуя движению цивилизаций и войн : Европа ограничена на западе Атлантическим океаном, на юге - Средиземным морем, на севере – Арктическим океаном, на востоке – Сибирью, потому что славяне заселили Сибирь, на юго-востоке – Мраморным морем и Босфорским проливом, после турецких завоеваний, как это напомнил отец европейской идеи Ричард Куденхове-Клерги, в своей знаковой книге Паневропа. Действительно, европейская цивилизация существовала на современной территории Турции до того, как Турки не прибыли из Азии и не завоевали Византийскую империю, которая затем будет туркизирована и исламизирована на 99% в период с 1453 до 1965 (дата изгнания последних греческих общин). Другие отцы основатели Европы – Роберт Шуман и Альсид де Гаспери определили Европу через два основных цивилизационных критерия : иудейско-христианская матрица (даже в своей светской форме), которая дала особую роль личности, светскости и гуманизму; а также через греко-латинскую матрицу, которая дала начало философии, праву и западному гуманизму. Эти два источника «европейскости» и «западничества» полностью искоренены с территории современной Турции в течение последних пяти веков, но эти источники до сих пор существуют не только на Кипре, (что было подчеркнуто Брюсселем во время рассмотрения его кандидатуры), но и в поствизантийском славянско-православном мире.
Иногда полезно напомнить некоторые прописные истины: Турция не является европейской ни по своей исламско-османской истории (колонизация Турцией Европы и ее осада Вены не дают Анкаре большего права называться европейской страной, как постколониальная Франция не может претендовать на роль африканской державы), ни по своей географии (турки прибыли из Азии; столица Турции находится в Азии, в то время как 4% ее территории находятся в Европе); ни по языку ни по ценностям (главенство группы и нации над личностью, притеснение женщин и меньшинств, нарушение прав человека, ультранационализм, воинственность), все эти особенности противоречат ценностям европейских демократических государств, сформированных в иудейско-христианской матрице и которые строят пост-тоталитарную Европу как пространство внутриевропейского мира, который зиждется на разделе суверенитета и способности отказаться от национализма.

Страна, которая не разделяет ценности посттоталитарной Европы.

Недавние события показывают, что «умеренно-исламистская» Турция не разделяет эти ценности и удаляется от вышеупомянутой «кемалистской модели светского государства», на которую ссылаются безусловные сторонники Анкары. Единственными гарантами этой модели являются турецкия военные, которых критикует Брюссель. Прежде всего, необходимо упомянуть невероятный успех бестселлеров, продающихся повсюду в Турции, таких как Mein Kampf, «Завещание Гитлера» или «Протоколы сионских мудрецов», а также общее усиление антиеврейского, антиармянского и антикурдского расизма. Кроме того, Министерство мусульманской религии (Diyanet) призвало наказывать «христианский прозелитизм» во время христианских праздников, отказало разрешить открыть единственную греко-православную семинарию (Халки), закрытую более тридцати лет назад, а также не возвращает христианской общине ее недвижимое имущество, конфискованное после 1936. Напомним, что 12 миллионов алевитов, а также католическая, протестантские и ассиро-халдейская церкви до сих пор не получили официальный статус и чьи права продолжают ущемляться. Нельзя забывать и о возврате многоженства, которое потребовали 30 депутатов мажоритарной партии (АКП), а также положение женщины в турецком обществе со всеми свойственными ему «преступлениями чести».
Напомним также то, как премьер министр Эрдоган по возвращению в Анкару после брюссельского саммита 17-го декабря 2004, который сделал кандидатуру Турции официальной, был встречен толпой, которая его назвала «завоевателем Европы» (Ghazi), потому что он смог «выдержать армянско-киприотское давление». Этот эпизод показывает турецкую политическую ментальность, для которой переговоры с Брюсселем и войны – это одно и тоже, в то время как Европа воспринимается как земля, которую необходимо завоевать. Эрдоган ностальгирует по Османскому Халифату. Он был также инициаторов нескольких законопроектов, разрешающих ношение исламского платка в общественных местах и наказывающих внебрачные связи и флирт. Он также подписал несколько исторических договоров с Сирией и Ираном, а также способствовал назначению турецкого гражданина президентом Организации Исламской Конференции (ОИК),. Известна своей приверженностью ваххабизму, эта самая мощная организация в исламском мире поддерживается Саудовской Аравией, доверенным лицом которой в Турции является министр иностранных дел Абдула Гюль. Все это проиходит в тот самый момент, когда нам уверяют, что вступление Турции в ЕС «удалит Анкару от исламского мира и от государств изгоев (rogue states)…

Риск неограниченного расширения и неспокойные границы

Кроме Европы Турция ориентируется в направлении Азии и исламского мира. После получения независимости мусульманскими странами бывшего СССР, Турция все более и более активна на Кавказе и в Центральной Азии, где она развивает культурные, политические и экономические отношения связи с 200 миллионами тюрков, которые, занимая огромное пространство от Каспийского моря до китайского Синьцзяна воспринимает вступление Турции в Евросоюз как предварительный этап их собственной интеграции… Если Европейский Союз уже рассматривает вступление Грузии, как он может отказать соседнему Азербайджану, и далее четырем другим тюркоязычным государствам Центральной Азии, который связаны с Анкарой и Баку через структуры пантюркистского сотрудничества?
Естественный активизм Анкары в Центральной Азии не повредит европейским интересам если Турция не вступит в ЕС и если тюркский мир останется буферной зоной между исламской Евразией и европейским Западом. Но если Турция вступит в ЕС, Брюсселю будет сложно объяснить, почему Анкара и «братские» тюркоязычные страны более «европейские», чем Тунис, Алжир, Марокко или Ливан? Нельзя забывать, что согласно легенде термин «Европа» появился на юге Ливана.
Расположенная в одном из самых сейсмических регионов мира («зона ураганов») между Кавказом, Балканами, Центральной Азией и Ближним Востоком, Турция представляет собой настоящую «геополитическую бомбу» : территориальный конфликт с Сирией (раздел вод Тигра и Евфрата), с Ираном, с Ираком; курдский сепаратизм; организованная преступность; торговля наркотиками; незаконная переп